Воспоминание Адамова Изгнания

Прощеное воскресенье

Заканчивается последняя подготовительная неделя к Великому посту или, по-церковному, – сырная седмица. Смысл этого древнего обычая в том, чтобы «мало-помалу приучать себя отступать от приятных яств и без печали переходить к великопостному воздержанию».

Суббота Мясопустной недели посвящена памяти всех «мужей и жен подвигом поста просветившихся «: святые, примеру которых мы должны следовать, учат нас трудному пути, трудному искусству поста и покаяния. Мы не одни, начиная подвиг Поста: «Восхвалим собор святых Отцов! Антония Великого, Евфимия Великого и всех их собратий, проходящих по жизненному пути своему, как будто сквозь райскую сладость…»

Наконец наступает последний день, обычно называющийся «Прощенным Воскресением»; но мы не должны забывать его второго литургического названия: «Изгнание Адама из рая». Это название действительно подводит итог всему подготовлению к Посту. Теперь мы знаем, что человек был создан для жизни в раю, для того, чтобы знать Бога и общаться с Ним. Грех лишил человека этой блаженной жизни, и существование его на земле стало изгнанием. Христос, Спаситель мира, отворяет двери рая всякому, кто идет за Ним, и Церковь, показывая нам красоту Его Царства, превращает нашу жизнь в паломничество к небесному отечеству.

В это воскресенье в молитвах и песнопениях Церковь вспоминает грехопадение прародителей, происшедшее по причине недоверия к словам Создателя и невоздержания. Это – образ гордыни и темного бунта своеволия, приведшего к разрушению первоначальной гармонии. Все мы в большей или меньшей степени заражены недугом ложного самоутверждения, означающего на деле лишь пленённость человека низшими иррациональными стихиями, неспособность критически посмотреть на себя со стороны. Человек начинает жить по природному закону пожирания сильными слабых. Мы с грустью наблюдаем это вокруг себя. Воздерживаясь на время от животной пищи, христианин сознательно противится этому страшному закону, пытаясь обрести свое человеческое достоинство, не унижая в то же время других, «слабых в вере». В этом – а не в «разгрузочном изменении рациона» – смысл поста. Самый главный пост — воздержание от себялюбия, от нашего «я». Поэтому, «когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно». Степень строгости поста каждый выбирает по силе, испытав себя своей совестью. Никто, кроме тебя самого, не знает, где у тебя кончается немощь и начинается прихоть. Как однажды некий епископ спросил у старцев Иоанна и Варсонофия: «Я в постные дни ем один раз в день, и только хлеб и воду. Правильный ли мой пост»? Ему ответили: «Испытай себя: если это не мешает тебе выполнять твоих обязанностей, и если ты не окрадываешься тщеславием, то пост твой правильный».

Но и при самом строгом и тайном посте, кто даже совсем «не ест», — смотри, «не осуждай того, кто ест», чтобы не потерять всех своих трудов. А тем более — «кто ест», кто еще не решился ввести пост в свою жизнь, — и ты «не уничижай того, кто не ест». Не придумывай никаких «научных» отговорок, не считай себя выше заповедей о пище. И тогда у тебя будет надежда хоть как-то продвигаться вперед.

Пост освобождает нас от порабощения греху, от плена «этого мира». В евангельском чтении последнего подготовительного воскресения говорится об условиях этого освобождения. Первое условие — пост: отказаться от того, чтобы считать желания и требования нашей падшей природы нормальными; усилие освободить дух от диктаторской воли плоти, материи. Но для того, чтобы пост наш был настоящим, подлинным, надо, чтобы он не был лицемерным, «показным». Мы должны «явиться постящимися не пред людьми, но пред Отцем (Нашим), Который втайне». Второе условие поста — прощение; «если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный». Торжество греха, главный признак его владычества в мире, это ссоры, несогласия, разделения, ненависть. Поэтому первый пролом через крепость греха есть прощение: возвращение к единению, согласию, любви. Лучезарное всепрощение Самого Бога воссияет между мной и моим «врагом», если я ему прощу. Простить — это значит отвергнуть все счеты и рассчеты человеческих отношений, предоставив их Христу.

Кроме того, у древних палестинских монахов из лавры Святого Саввы существовал обычай расходиться в этот день по пустыне и проводить пост поодиночке, собираясь вместе в монастыре к празднику Входа Господня в Иерусалим. Перед расставанием они заранее испрашивали друг у друга прощения, ведь никто не знал – вернется ли он живым (тогда там водились львы, подстерегали их и другие опасности).
В память этой гениальной традиции в наших храмах совершается трогательный и поучительный Чин прощения, когда священник просит прихожан простить ему причиненные им вольные или невольные обиды, становясь при этом на колени и делая земной поклон. Люди сначала просят у него ответного прощения, а затем – друг у друга и целуются в знак примирения.
Сказать другому «прости меня!» может каждый и не только в церкви. Правда, для многих это необыкновенно трудно, а для иных гордецов, как правило, людей ограниченных, – совсем невозможно.


Простить, быть прощенным! Ведь это и есть поворот от разделения к единству, от вражды к любви, от отделенности к соединению. Ибо простить — это не просто. Как мы часто говорим: «перестать обращать внимание» на недостатки других, или, еще хуже, — «махнуть рукой» на других. Это ли не равнодушие, не презрение, не цинизм! Простить и быть прощенным может только тот, кто вдруг со всею силой осознал весь ужас отсутствия в мире любви, всю бездонную печаль того одиночества, на которое в своем самоутверждении и себялюбии обрек себя человек. Как маленький ребенок, провинившийся перед матерью, тоскует о потерянном рае и любви, так и каждый из нас узнает, что с этого обращения души, смягчения сердца, с этой жажды примирения начинается в нас разрушение зла.

И каждый каждого да вспомнит; да простит каждый всех, не только здесь присутствующих, но тех, которых он не может больше застичь своей мольбой о прощении. Многие оскорбленные, раненные нами уже отошли в вечный покой; теперь на их сердце не остается злобы или горечи; теперь они стоят перед лицом Божиим, теперь они поняли, как мы все слабы и слепы и как мы раним друг друга, не желая того, сколько бы злобы мы ни вкладывали в злые наши слова и поступки.Обратимся к ним в молитве от сердца и попросим простить нас и благословить, чтобы и нам, еще на земле, или позже – когда душа будет отлучаться от тела – мирно отойти в Царство вечного покоя.

«Да постится ум наш от суетных помышлений;
да постится воля наша от злого хотения;
да постятся очи наши от худого видения;
да постятся уши наша от скверных песней и шептаний клеветнических;
да постится язык наш от клеветы, осуждения, лжи, лести и сквернословия;
да постятся руки наши от биения и хищения чужого добра;
да постятся ноги наши от хождения на злое дело.»

Вот это и есть христианский пост, которого ждет от нас Господь.

Войдем же, други наши, в Великий пост, встанем на поприще его подвигов — покаяния, воздержания и смирения — и утвердимся в них, чтобы, получив прощение, встретить Воскресение Христово, Святую Пасху — райское сияние на земле.